PДа когда же будут судить того, кто руку поднял?..
PДа кто же его?..
Белые Воды заговорили о Матвее Супруне. И на базаре, и в лавке, и в конторе колхоза можно было услышать:
Но сейчас Матвей Семенович лежит в постели, серый лицом, беспомощный, стонет. И жена его и сыновья стоят растерянные. В их глазах страх и надежда.
оворит, что он «хлопец хоть куда». Да, Анна Карповна знает его прыть. Немало лиха хватила с ним в жизни. Красавец ее Мотя и за юбками любит поволочиться. Угомону на него нет.
Но это еще далеко не старость. Сам Матвей Семенович г
Но Матвей Семенович далеко не старик. Правда, чуб его, когда-то густой и жесткий, как щетина, заметно поредел, в нем кое-где засверкала седина. Да и брюшко вырастил. Приходится поддерживать его широким армейским ремнем, который он надевает поверх черной суконной гимнастерки.
Так говорят о стариках, впавших в детство.
PНе удивляйтесь, люди добрые, какие лета такой и разум!
Еще вчера вечером он одевался перед зеркалом, шутил, похлопывал в ладоши, пританцовывал, обнимал мать. А она, притворно сердясь, отвечала:
Что с ним? Почему так встревожена мать? Почему так молчаливы люди?
Мишко прислушивался, дышит ли отец: он казался мертвым. Но почему дядьки стоят в шапках? Когда мать начала стаскивать с отца сапоги, он застонал. Живой!
Отца, не раздевая, положили на белую постель.
Перемещая тени по стенам и полу, покачивалась неяркая электрическая лампочка. Один из вошедших задел ее черной стоячей шапкой. Висящее над столом четырехугольное зеркало в темной резной оправе отражало эту качающуюся лампочку.
Мишко, прижавшись грудью к острому плечу младшего брата Петьк', застыл у двери.
PТа що ж це таке, та що да не таке?..
Мать вскочила с постели. Она стояла в белой сорочке, сдавив кулаки на груди, шептала в испуге:
Отца привезли ночью. Его внесли в хату три дядька. На темно-вишневых полах остались следы от сапог не грязь, а размытый дождями чернозем, который кормит людей.
Минное поле (fb2) - 1477K -
Минное поле (fb2) | librius.net
Комментариев нет:
Отправить комментарий